Манекен для испытания звука в наушниках Form 2i

Alastair Philip Wiper

Интервью

  • ДИЗАЙН
  • ЛЮДИ

Фотограф и автор книги «Искусство невозможного: История дизайна Bang & Olufsen» рассказывает о своем увлечении тяжелой промышленностью, съемке большого адронного коллайдера в ЦЕРНе и тщательном поиске прототипов продукции в архивах B&O.

  • Изображение завода-изготовителя
  • внутреннее устройство колонки B&O

Как Вы стали фотографом?

Я родом из города Гилфорд, расположенного примерно в 50 км к югу от Лондона. После изучения философии и политики в одном из университетов Соединенного Королевства я немного путешествовал. Работая на горных курортах Франции, я познакомился с девушкой из Дании, переехал с ней на ее родину, о чем ни разу не пожалел. Это было в 2004 году. Через несколько лет мы расстались, и я познакомился с другой датчанкой. И теперь у меня есть дети, дом, идеальная супруга. На самом деле, впервые приехав сюда, я работал поваром. Но затем я заинтересовался графическим дизайном, научился кое-чему сам и в итоге стал работать на дизайнера и художника Henrik Vibskov. Я работал на него восемь лет, и в этот период я приобрел камеру и начал снимать для развлечения. Не успел я опомниться, как стал фотографом, а также графическим дизайнером.

Вы фотографируете много разных предметов: промышленные, научные и архитектурные проекты. Что Вы находите в них интересного?

Мне нравится заглядывать «за кулисы» и видеть вещи, которые другим людям не доводится видеть. Поэтому я чувствую себя очень счастливым. Меня особенно привлекает промышленная и научная область, потому что в этой сфере я узнаю о невероятных проектах, которые люди создают для решения проблем. Например, строительство огромных инфраструктур для обеспечения городов электроэнергией или целых континентов свининой. Или огромные компьютеры, которые могут анализировать мельчайшие частицы во вселенной, чтобы помочь нам понять, что такое жизнь. Мои снимки архитектуры выглядят причудливыми. Но и здесь я придерживаюсь того же подхода. Я не обычный фотограф архитектуры. Меня больше интересует поиск работ эксцентричных, полузабытых архитекторов, которые создавали нестандартные объекты и демонстрировали их по-новому. Например, работа Жака Лабро в Авориазе или Сезара Манрике на Лансароте. Несколько лет назад я также начал писать, поскольку почувствовал, что это обеспечило моим изображениям дополнительный контекст. Я хочу, чтобы люди чувствовали то, что я испытываю, когда я посещаю эти места, и добавляю определенную информацию, которая, как мне кажется, делает фотографии более интересными.

Женщина, несущая экран телевизора

Как Вы начали снимать эти предметы?

Около пяти лет назад я встретил пару фотографов, которые работали в «большой индустрии» в 1950-х и 60-х годах: Вольфганга Сиверса и Мориса Брумфилда. Они фотографировали крупные нефтеперерабатывающие и производственные предприятия в то время, когда компании, которым они принадлежали, гордились ими, а не стыдились, как это обычно бывает сегодня.

верхняя часть Beoplay 90 без панели

Я был совершенно поражен. Это был момент озарения, когда я понял, что это именно то, что я хотел бы фотографировать. Итак, с невероятным упорством я начал собирать информацию и пытаться попасть куда угодно, чтобы сформировать портфолио. За последние несколько лет я потратил немало времени на изучение того, как связаться с нужным человеком и как убедить его впустить меня на свое предприятие.

Интересующие Вас объекты легкодоступны или Вам приходится стараться изо всех сил, чтобы получить доступ?

В настоящее время мне вполне везет, и я получаю коммерческую и редакционную работу, которую считаю очень интересной. Но я по-прежнему трачу много времени на поиск информации о местах для личных проектов. Нужно немало потрудиться, чтобы попасть в некоторые места. Иногда я захожу в тупик, когда попадаю не на того человека, который просто не понимает, что я пытаюсь сделать, или почему это может стать для них интересным проектом. Но, как я уже сказал, за эти годы я достаточно преуспел в этом.

Одним из мест, к которым я легче всего получил доступ, было место, с которым как я предполагал, будет сложнее всего: Большой адронный коллайдер в ЦЕРНе в Швейцарии. Когда я только начинал, я планировал поездку туда, просто чтобы посетить объект как обычный турист. Но я также отправил электронное письмо в пресс-службу с вопросом, могу ли я увидеть то, что недоступно другим туристам. К моему удивлению мне предложили частную экскурсию. В тот день моим гидом был инженер, проработавший на БАК около 30 лет. Мы поддерживали связь, и я дважды туда возвращался. В последний раз ЦЕРН поручил мне сфотографировать их объекты, что стало для меня фактически работой моей мечты.

Beolab 90 в производстве

Какой Ваш любимый проект?

Одним из действительно выдающихся снимков было фотографирование строительства Maersk Triple E в Южной Корее, самого большого контейнеровоза в мире, для журнала Wired. Это было просто феноменально, видеть, как огромные блоки корабля поднимаются и соединяются, как кубики Lego. Мне также нравится серия, которую я сделал о скотобойне Danish Crown в городе Хорсенс, одной из крупнейших скотобоен в мире.

Визуально было невероятно видеть всю эту розовую плоть в очень систематизированной инфраструктуре. Это именно тот черный юмор, который я люблю. У меня, как у человека, увлекающегося едой, возникают очень интересные споры о том, как люди употребляют такого рода пищу. На самом деле я продал довольно много фотографий из этой серии очень большого формата, и я восторге от мысли, что у кого-то они висят над камином или кроватью.

И, конечно же, создание книги «Искусство невозможного»!

Изображение книги Alastair Philip Wiper «Искусство невозможного»

Как появилось «Искусство невозможного»?

Я помню о Bang & Olufsen с детства – у моего дедушки был телевизор B&O – и меня всегда привлекала эта действительно интересная компания. После переезда в Данию я стал еще больше осознавать это – безусловно, это была та компания, которую я хотел бы изучить. При посредничестве друга я договорился о встрече с кем-то очень высокопоставленным в компании и предложил идею создания такой книги. К моему удивлению, они полностью увлеклись ею. Мне действительно разрешили создать книгу, которую я хотел, при минимальном вмешательстве с их стороны.

«В книге очень мало изображений реальных продуктов – их можно увидеть в других местах, меня же интересовали вещи, которые не так распространены»

Alastair Philip Wiper

У компании богатая история создания множества культовых продуктов. Я хотел показать все это, но так, как никто раньше этого не делал. Нечто совершенно отличающееся от глянцевого маркетинга. У нас был хороший издатель Thames & Hudson, и я приступил к изучению объектов в Струере: обыскивал подвалы в поисках старых прототипов, прогуливался по заводу и наблюдал за тестированием продуктов в Отделе исследований и разработок. В книге очень мало изображений реальных продуктов – их можно увидеть в других местах. Меня же больше интересовали все вещи, которые не так распространены. Я хотел, чтобы они были забавными, и люди улыбались глядя на них. Меньше всего я хотел сделать скучную книгу о дизайне.

Длинная стена изображений сотрудников, которые работали в B&O на протяжении более 25 лет

Что стало для Вас личным открытием в проекте «Искусство невозможного»?

В столовой Завода 4 в Струере есть 30-метровая стена, на которой висят фотографии всех, кто работал в B&O на протяжении более 25 лет. Она называется «Стеной славы», и на этой стене размещена 1231 фотография. Ощущаешь трепет, видя, сколько людей работает там так долго. Эта стена стала одним из источников вдохновения при создании книги.

  • Beosound Ouverture без панели (слева), 2 поколения B&O (вверху справа), обложка «Искусства невозможного» (внизу справа)